Андрей Цой

12 июня 1969 г. р. филфак ПГПУ, лауреат поэтических и песенных конкурсов и фестивалей. Печатался в сборниках: "Парнасские цветы", "Антология тишины".

Развиваю идею нового направления в поэзии "полисемантизм". Входил в команду чемпионов России по футболу среди юношей.

Я видел смерть - небо со множеством

солнц.

Свет не слепил, но затягивал душу.

Она так надеялась, что это лишь сон

Целую вечность шел по свету и рушил

Лужи галактик, звезд светлячки

Кружились у сердца не обжигаясь.

Я по привычке достал очки,

Но побоялся прослыть попугаем.

Не было месяцев и даже лун.

Радость шла рядом, боясь перегрева.

Сердце гудело как улей струн.

Я куда-то свернул (возможно, налево)

В рулон свою жизнь - список грехов,

Не зная кому передать, оставил.

Кто - то сказал мне (возможно Бог)

Ознакомься со списком правил.

Но уже знал, я пришел домой,

И вот сейчас с кухни выйдет мама...

Я очнулся, висела луна как вой,

И тело влипало в тоску дивана.

И там я жил, а здесь я мертвел,

В стакане вода как слюна металла.

И лезвием силясь определить предел

Смерти, забыл, что утро настало.

Положи листок на листок.

Пропечатай прожилки душ.

В степень смерти взведи курок

И чернилами выпей сушь.

Старых лун в голове прилив,

Кожу снегом бросает в дрожь.

В рюмки глаз три звезды разлив,

Небо веками навзничь пьешь.

Запеваешь луну тра - вой,

О - травой в груди лед растет.

И плетутся стихи в забой,

Добывать этот самый лед.

У луны на глазах пятак

Из другой водяной луны.

В степень кровь возведи, да так,

Чтобы были сердца полны.

Что бы лед задыхался всласть,

Что бы небо забилось в дрожь.

Вены рву, оголяю страсть.

А ты думала - просто дождь.

Слишком нежно, слишком сложно

Целовал тебя я в губы.

Следствие причин ничтожно,

Все ответы твои грубы.

Слишком страстно, слишком просто

Я любил тебя и все же -

Счастно подметал дорожки

В городке с названьем нежность.

Слишком прямо, слишком глупо

Я цветы дарил и верил,

Что в груди живет голубка,

А не кормленные звери.

Очень нежно, очень чутко

Ты ушла оставив двери

Приоткрытыми и жутко,

Как тоска вползают звери.

Обеспечен вполне молчаньем и скукой,

Жду когда нежность найдет твои руки,

В шуршание шелка сворачивать кожу,

Когда ночь бездонная небом поможет

Осыпать луною глаза и ресницы

И сны засыпать, что бы небом присниться

Рукам в виде нежности снежного хруста,

Ресницам - печалью, глазам в виде грусти.

Беспечен вполне и засыпанный снами

Я звезды ловлю в сети веточек в Каме.

За неводы воду души ненавижу,

Луна в отраженьях становится жиже

Лягушечьих мыслей подстроченных

скукой.

Я - кожа из снега и жду твои руки.

Я - снег из лучей - добываю ночами,

Из мертвых стихов соберу оригами -

Нигде, никому, неизвестную птицу.

И если тебе в это утро не спится,

Взгляни за окно - лижет веточки

снежность,

И клонится солнце как первый

подснежник.

Я мог бы выключить тень

Заплыть за твое лицо.

Размазать по телу лень,

С кожей заподлицо.

Я мог бы нанять любовь

И тени загнать под вдох.

И ты ожила бы вновь,

И землю любил бы бог.

Я мог заключить ключи

Дыханья в родник ключиц.

А ты как вода молчи

И воем лечи волчиц.

Но я ничего не смог,

Ты - тень от моей любви.

Когда мир оставит бог,

Ты нежность мою лови,