liter.perm.ru Главная | Карта литературной Перми | Указатель имен | Стихи | Проза | Эссе | Фотоальбом | Контакт | О проекте

 Фантастический рассказ

- Спокойнее, товарищи, - почти искренне засмеялся капитан. - Когда в дальнем космосе натыкаешься на чужое, первым делом пытаешься вычислить: добро это или зло. Я не против метафизической щекотки в пятках. Но предположим, что объекту перед нами органически не свойственны ни агрессия, ни филантропия. Что ему свойственно? А черт знает - непостижимость, вот что. Будем считать, что встретили наконец в своих межзвездных скитаниях то, что искали. Перед нами - истина. Наверное, с большой буквы. И, конечно, надежда. Тэк-с, патетики пока достаточно, переходим к тестированию полевых структур близ чужого звездолета: возможно, они уже пытаются прощупать нас и понять. Ох... Никто не заметил, я уже сказал что-нибудь историческое, приличествующее случаю? Потом покажете корабельный дневник, я подредактирую.

Пальцы на ногах самопроизвольно поджимались, на вегетативном уровне испытывая неловкость за американские безразмерные носки в кричащую красную полоску. Инструктор изловчился, не наклоняя головы, заглянуть под раскладную гладильную доску: так и есть, на растоптанные шлепанцы главного спадали складками бесформенные хлопчатобумажные изделия отечественной галантерейной промышленности. Разговор и без того предстоял трудный, пожалуй, вовсе безнадежный, а тут еще вызывающе импортный нейлон обязательно должен был раздражить приметливого Королева. Главный принял Шахназарова хоть и в кабинете, но не за официальным письменным столом, а с электроутюгом в руках. На рукавах белой рубашки обозначились брючной остроты стрелки. Королев перешел к шлифовке воротничка. Волевым усилием инструктор ЦК совладал и с голосовыми связками, и с шевелящимися в нейлоне пальцами. В конце концов, от Королева не требовалось ни средств, ни производственных мощностей, ни персонала. Только поддержка. Немного. Весь вопрос - перед кем. На каком уровне. Не надо конфузиться и прибедняться, попробуем-ка на максимально мыслимом.

 - Я говорил с Большаковым, с Лапиным тоже говорил: идея не вызвала немедленного отторжения. С ними можно будет работать. Но кинематографисты и телевизионщики косятся, сами понимаете на кого. Если эта мумия габардиновая, - Шахназаров произнес кощунство с нажимом, давая понять, что ставит на кон всего себя без остатка, - если их спеленутый габардином Аменхотеп близорукими глазенками мигнет, эти ушлые ребята пакостить не станут - наоборот, окажут содействие по высшему разряду. Сейчас ведь грандиозные проекты в моде, новаторство поощряется, они вполне чуют возможность заработать призовые очки, и немалые. Но ни я, ни птицы мосфильмовско-шаболовского полета сквозь костяную чешую нашего агитпроповского ящера не пробуравятся. Тут нужен человек из сферы, далекой от искусства и вообще идеологии. С реноме... с репутацией технократа, что ли.

 Авторитетное слово потому и остается авторитетным, что произносится редко, веско и, главное, в безошибочно угаданный момент, когда для принятия решения все уже нечувствительно созрели. Вот тут-то носящаяся в воздухе идея озвучивается с непререкаемо каменным выражением лица - а Королев владел старорежимным, но по сю пору всеподавляющим умением с мертвенной экономностью мимики выговаривать схизматические тезисы, тут же единогласно становящиеся проектами постановлений. Однако известно было: знаменитый ракетный полуаноним исповедует житейскую доктрину князя Василия Курагина из "Войны и мира", понимавшего, что влияние в свете есть капитал, который надо беречь. Поэтому свой главный калибр Королев заряжал лишь в сугубо меркантильных целях, скажем, когда собирался внезапно и жадно отъедать у оборонки лимиты и фонды в пользу гражданского космоса, отчего по-жабьи вспучивались маршальские наплечные звезды и кипяточным потом прошибало издерганных ответработников Средмаша...

 Королев был на карьерном пике, в силе и фаворе. А с вершины есть только один путь. Еще через год-два власть, натешившись орбитальными триумфами, облюбует очередных куртизанов из биологической сферы или там кибернетиков недосгноенных, летчикам-космонавтам перестанут давать героев за каждый старт, обмелеют ассигнования, самого перестанут часто приглашать в Кремль. Шахназаров за свою долгую американскую командировку нахватался чуждых и беспринципных лжетеорий публичной саморекламы и кип смайлинга, потому с самого начала обиняками водил враждебно молчаливого хозяина этого с детдомовским усердием прибранного кабинета вокруг нужного вывода: захваченные позиции надо объявлять ключевыми и наступать, только наступать. Не пренебрегая хоть лицедейством, хоть спиритическими сеансами, хоть пугалом звездных программ сопливого ковбоя Кеннеди. Иначе неминуемый кризис, общественное разочарование, запустение такими трудами и жертвами отлаженного наисовременнейшего хозяйства, мало ль примеров есть из нашего планово-бесхозного пошехонства.

 Хозяин обтряхнул на складных металлических плечиках свежевыглаженную рубашку и убрал в платяной шкаф, поморщившись скрипу полированной дверцы. Сумасбродная идея, с которой инструктор ЦК пришел к Королеву, предполагала по-суворовски нестереотипный маневр поддержки. Эй, вставайте, пришел сикурс, откуда не ждали. Ну, уж совершенно не ждали. Поди, могут и непонимающе побрезговать. И все к тому идет, да-а... А какие были упования: энергично пихнуть сановных фигурантов со значительными массами и, воспользовавшись инерцией чужого движения, скакнуть через две-три служебных ступени, от бесперспективного курирования склонной к истерикам и доносительству богемы передвинуться в приоритетный сектор, чтобы жена на кухне с подружками могла обронить: "Это вот нам Юрочка с Байконура сувенир привез ..."

 - Я Суслова не... Я не люблю общаться с Сусловым, - поправился хозяин.

 Пальцы в американском нейлоне агонизирующе дернулись. Новомодное кресло-коротышка, обшитое, как в лучших московских столовых, глянцевым кожзаменителем, отвело всплеск нервного вольтажа в паркет по своим тонким никелированным ножкам.

 - Я лучше прямо с Никитой Сергеичем буду говорить. Удачный повод будет на послеследующей неделе, - задумчиво поплевав на палец, Королев потрогал остывающий утюг. - А до этого нам нужно еще раз встретиться и обговорить конкретику.

 Инструктор молча встал и, помедлив, кивнул со всей возможной задумчивостью. Двинулся было в прихожую, но Королев остановил:

 - Я вас с самого начала хотел спросить, да тема разговора уж больно была серьезна. Скажите, вы эти носочки из Америки привезли? Можете раздобыть мне такие же, три пары?

 Жена Людмила тренированно исполняла роль комсомолистой Одри Хепберн, с холодноватой страстью невзрослеющей отличницы танцевала с Королевым и с Аблекимовым (Шахназаров в последний момент рискнул пригласить в ресторан своего завотделом), когда разговор переходил на заграничные темы, осторожно перепрыгивала на красоты Карелии, где провела с Жорой три прелестные отпускные недели, и микроскопическими дозами коньяка смачивала цикламеновые губы. Королев вертел в пальцах большой бокал десертного вина и, лиловея, как на морозе, от небывалого смущения, сомневался, снизойдет ли Татьяна Самойлова, если ее пригласить на главную роль. Ведь должна же быть в экипаже космического корабля дальнего плавания советская девушка, романтичная и, как бы это сказать, устойчивая. Стойкая, да. Разгоряченный четырьмя рюмками КВВК, Шахназаров смешливо подкудахтывал, сноровисто подливал, порскал улыбками в сторону жены и обещал: да, Самойлова непременно согласится, если ее попросит сам научный консультант проекта, а научным консультантом хорошо бы для надежности определить самого Юрьалексеича. Аблекимов грубовато давил свое: что да как сказал Никита Сергеич, не было ли у него собственных кандидатур в актерский состав, артист Жженов в качестве капитана Хрущеву наверняка понравится. Ну, нет, отважно кромсал лангет Жора Шахназаров, в капитаны мы определим... мы определим... Да вот хоть Шукшина Василия. Современный талант. Не просто одарен, а именно по-современному умен, независим, тверд. Текущий положительный идеал. Стойкая Самойлова тихо положит на него глаз... Да, но ведь в экипаже должен быть еще и комик, народ ведь хочет посмеяться, расслабиться! А это пусть сценарист с режиссером решают, кстати, кто будет у нас сценаристом? Вроде бы в Пэнээр интересный автор объявился...

 Последний вопрос задал Аблекимов, и Жора тихо обрадовался начальственному "у нас".

 - Хрущев сказал, что телевизоров в стране еще мало, нужно больше выпускать хороших телевизоров, чтобы каждый мог посмотреть своевременную и нужную многосерийную телепостановку о ближайших советских успехах в освоении космоса.

 Главный ракетчик, похоже, не серчал на внеплановое присутствие цекистского завотделом, довольно-таки замшелого, но силящегося удержаться на гребне малопонятных перемен. Значит, что? Значит, вечер удался, можно еще коньячку царапнуть и пригласить Людмилу на медленное танго.

 Дальше