ПермЛитЦентр: Главная | Карта литературной Перми | Указатель имен | Стихи | Проза | Эссе | Подиум | Фотогалерея | Сайт Владимира Киршина |Написать автору | О проекте

 Рецензия

Выход в свет сборника "Дед Пихто" стал событием в литературной жизни Перми. Писатель Дмитрий Ризов сразу же откликнулся на книгу интересной и нетрадиционной рецензией: "Доведись перевести её на любой иностранный язык, сразу возникли бы проблемы. Как, например, быть с названием книги? В цикле произведений, помещённых в ней, нет такого персонажа - "Деда Пихто", ни в повести, ни в киноповести, ни в рассказах... Ну как объяснить, допустим, немцу, что в России даже дети на поставленный прямо вопрос: "Вы кто?" - сейчас же, не умея ответить на него, выдают этого самого"Деда Пихто", похожего на клок тумана в глухом пихтовом лесу, за себя: "Вот я "хто" - Дед Пихто... И отстань, и не лезь, немец. Я, может, и сам не знаю, кто я есть на самом деле..." 1. По мнению Д.Ризова, Владимир Киршин написал очень современную книгу, главный герой которой, писатель и кинорежиссёр Калачёв, говорит о себе: "Я стал неопределим. Это была моя цель, и я её достиг". Высокие отзывы на сборник прозы В.Киршина дали издатель Н Гашева, доктор филологических наук, литературовед М.П.Абашева, писатели В.Букур и А.Королёв. Последний, в частности, отметил, что "...это текст европейского уровня. Скажу больше, в Перми так никогда ещё не писали: небрежно и иронично, раскованным стилем, с тайным знанием Джойса и Хайдеггера, Дао и Сэлинджера, Кортасара и Набокова".

Рассказ "Впряга" вошёл в коллекцию текстов под общим названием "Камеи". После внимательного прочтения на уроке этого небольшого по объёму, но удивительно значимого по содержанию произведения учитель может предложить школьникам разбить его на составные части для удобства последующего анализа, и таких частей здесь окажется четыре. "Впряга" начинается с представления читателям главного героя рассказа: "Это была настоящая бойцовая собака, несмотря на молодой, ещё щенковый возраст. И порода подходящая - боксёр, и имя - Лорд. Как положено боксёру, у него был широкий "грудак" и чёрная кровожадная морда с широко расставленными немигающими глазами" 2. Уже в первоначальном описании собаки, построенном на контрасте её молодого возраста и устрашающей внешности Владимир Киршин блестяще продемонстрировал своё мастерство детского писателя-анималиста. В генезисе рассказа угадываются традиции литературной анималистики, огромный вклад в которую внесли С.Т.Аксаков, И.С.Тургенев, А.П.Чехов, М.М.Пришвин, а также целая плеяда англоязычных писателей, среди которых русскому читателю хорошо известны произведения Э.Сетон-Томпсона, Д.Лондона, Р.Киплинга, Дж.Кервуда. Щенку не случайно дано имя Лорд: лорд -- это английский аристократ, имеющий прекрасную родословную, уходящую вглубь веков. Описание щенка дополняется, углубляется и расширяется, органично переходя в его характеристику: "он задирал нос", "морда такая спесивая, чистый лорд". В данном рассказе Киршина, как и в других его произведениях, обращает на себя внимание лаконичная манера повествования с подтекстом: "Когда прежний хозяин задирал ему брылья. обнажались такие сабли - держись, Костян". Здесь экспозиция стремительно переходит в завязку, и возникает образ Костяна, данный в восприятии мальчика: "Костян - бандюган из соседнего подъезда, всех пацанов достаёт. Илюшу тоже".

В первой части рассказа чрезвычайно важно обратить внимание школьников на ретроспекцию, в которой героем-повествователем ёмко изображена ситуация-основа - встреча мальчика Илюши во дворе с Костяном и на безличный, презрительный оклик Костяна: "Эй!", что в подтексте рассказа могло означать:"Эй, трус! Ничтожество! Маменькин сынок!' Первой реакцией мальчика Илюши на уничижительный оклик Костяна становится панический страх, что передано героем-повествователем психологически достоверно во внутренних переживаниях и их внешних проявлениях: "сердце упало", "не помня себя, дошёл до угла", "и как чесанул по улице". Мотив страха усиливается во сне и достигает своей апогеи. Сны героев весьма значимы в прозе В. Киршина, не случайно они возникают в целом ряде его произведений, и при этом сны проецируют явь, а явь перетекает в сон: "Ночью Илюше приснился Костян. У него была страшная бритая голова, страшная растянутая кофта и ужасные штаны с идиотскими лампасами. Он шёл навстречу и ухмылялся, и ухмылка его была такой жуткой, что остального лица даже не было видно" 3. Эпитеты "страшный", "ужасный", "жуткий" выводят читателей на универсальный конфликт рассказа - наличие сил зла, ужаса в окружающем мире и стремление детского сознания противостоять этому злу. В несобственно прямой речи Илюши, в его внутреннем монологе повествователем достоверно отражены напряжённые и мучительные поиски выхода из создавшейся ситуации: "По любому выходило, что без собаки - никак. "Впряга" нужна - ну то есть кто-нибудь, кто бы за Илюшу в разбор пошёл. Старший брат, допустим, или пистолет, да где их взять? А собака - вон, на рынке продают, и недорого. С собакой такой классный разбор получался - загляденье. Надо собаку" 4.

Двойственное восприятие мальчиком собаки нарастает в третьей части рассказа, где Илюша называет "боксёрскую собаку" Лошкой или Лохом. В жаргонной лексике 1990-х годов слово "лох" стало означать крайне уничижительное и пренебрежительное определение ни к чему не пригодного человека, и это определение мальчик переносит на неоправдавшего его надежд Лорда, которого он, по настроению, то целовал в "в плюшевое лицо", то бил по лбу кулаком. Подобное поведение подростка психологически мотивировано и является ничем иным, как внутренним осознанием собственной трусости и стремлением хоть как-то преодолеть её. В третьей части повествования возникают два новых мотива, весьма существенных для понимания метаморфозы, происшедшей с героями в финале рассказа. Мотив сходства тяжёлых и крепких лап Лорда с кулаками Мохаммеда Али -чернокожего американского боксёра, принявшего ислам, взявшего себе мусульманское имя и ставшего чемпионом мира по боксу исподволь подводит читателя к мысли о незаурядных свойствах и качествах купленной мальчиком собаки, а мотив игры за обладание резиновой колбасой, игры, в которой Лошка всегда побеждает, своеобразно моделирует ситуацию будущего боя. В игре Лошка "рычит, как зверь, кукишем своим - остатком хвоста - крутит" и готов играть до самозабвения, что передано в тексте рассказа приёмами гиперболизации и "картинами" в духе авангарда, возникающими в воображении Илюши. Именно в совместных играх происходит постепенное преображение Лорда от "труса", ласкового игруна с "плюшевым лицом" до непобедимого "рычащего зверя", что существенно важно для понимания внутренних изменений в характерах мальчика и собаки.

В финальной части рассказа пространство и время вновь обретают максимально условный характер: "Конечно, Илюша теперь стал с Лошкой гулять. И вот идут они однажды, а навстречу им - бритоголовый Костян, тот самый бандюган в лампасах! Нетрудно заметить, что здесь возникает ситуация-повтор: повторятся наиболее характерные детали внешности и одежды наглого и бесцеремонного Костяна - "бритоголовый", "в лампасах", повторяется мотив панического страха, охватившего мальчика. Состояние страха, охватившего мальчика, передано в глаголах: "уши заложило", "начало он пропустил...вспомнить не может" и в сравнениях, близким к сказочно-фольклорным - "Илюша стоял ни жив ни мёртв" в тот момент, когда Костян поставил его по стойке "смирно" и стал выворачивать у него карманы. Поведение собаки, сперва оробевшей и отбежавшей от чужого, потом решившей понюхать его и получившей за это пинок по животу, очень близко к реакции незаслуженно обиженного человека: "и он ткнулся лицом в пыль". Следует обратить внимание школьников на это словосочетание "ткнулся лицом", а не "мордой" и обратиться к классу с вопросом, почему в рассказе В. Киршина о собаке дважды упоминается её "лицо"? Повествователь неоднократно подчёркивает, что Лошка стал другом для мальчика, в доме Илюши его любили, с ним играли, о нём заботились: кормили, выгуливали, а вот теперь собака, как и её хозяин, сталкивается со злом, отсюда первая реакция - боль и обида: "взвизгнул", "лапы подломились". Внутренний конфликт мальчика нашёл своё разрешение в короткой фразе с подтекстом:"Илье жар в голову ударил". Герой-протагонист не вынес двойного унижения - себя и своей собаки - и решил дать отпор врагу: "Ты! - закричал он вдруг басом на Костяна. Такого голоса никогда прежде у него не было". Преображение Ильи, испытывающего уже не страх, а возмущение, ярость, гнев, передано художественно достоверно через внешние проявления его внутреннего состояния. Повествователь называет мальчика-подростка уже не "Илюша", а "Илья". Изменился и его голос - "закричал басом", "заревел медведем", изменилось и поведение. "Ты!" в подтексте рассказа означает "подонок, вор, негодяй, мерзавец", таков ответ Ильи на услышанное им ранее безличное "Эй!" Костяна. Перехват Ильёй инициативы, изображённый опять-таки в глаголах:"схватил Костяна за кофту и начал трясти и таскать" вернул его противника на несколько мгновений к своей детской первооснове, к тем временам, когда он ещё не был носителем зла. Кульминация действия - оказанное Костяном сопротивление, от которого Илье, вероятно, пришлось бы туго, если бы не вступил в бой главный герой рассказа - и его хозяин, незнакомым ранее голосом: "Пацаны обернулись оторопело - чемодан с саблями летел на грудь Костяну. Удар Мохаммеда Али - и обидчик в нокауте". В финале рассказа трагикомическая и драматическая тональность сменяются героической, здесь не случайно повторяется мотив стремительных побед Мохаммеда Али, и повествователем употреблён боксёрский термин "нокаут", ассоциирующийся с породой собаки - "боксёр".